Территория оседлых племен Алтая в скифскую эпоху простиралась от современной Кулунды на западе, до Кузнецкого Ала- Тау на востоке и до Алтайских гор на юге. Жители этих районов возводили укрепленные городища, окруженные защитными валами, рвами и превращенные в неприступные крепости. Внутри городищ они копали землянки, стены которых укреплялись бревнами, а крыша делалась в виде сруба из сосновых бревен и сверху засыпалась землей или обкладывалась дерном.

С начала II века до н.э. и до конца I века н.э. Алтай находился в сфере политического господства племенного союза хунну — предков тех самых гуннов, которые спустя несколько веков наводили ужас на европейские народы.

Массовое передвижение кочевых племен сильно изменило облик лесного населения Алтая. В лесной зоне начинает складываться культура местного самодийского населения, западно-сибирских угров, а также раннетюркских элементов. Эти племена занимались скотоводством, земледелием, обрабатывали железо, которое обменивали на бронзовые украшения из Минусинской котловины, янтарные украшения из Прибалтики и т.д.

Золото, добываемое в древности на Змеиной горе, безусловно шло на обмен и, таким образом, оказывалось в других странах, нередко удаленных от Колывани на многие сотни километров. Знаменитый немецкий ученый Александр фон Гумбольдт, совершивший поездку по Алтаю в 1829 году, высказал мысль, что известная легенда древнегреческого историка Геродота (V век до н.э.) о богатстве северных стран металлами, может быть отнесена к Алтаю.

Геродот писал: «...за исседонами обитали аримаспы — одноглазые люди, за аримаспами стерегущие золото грифы, а еще выше гипербореи, живущие на границе с морем. Все эти народы, кроме гипербореев, постоянно воюют с соседями. Аримаспы похищают золото у грифов».

Согласно А. Гумбольдту, местом обитания упоминаемых Геродотом одноглазых людей аримаспов, поставлявших золото грекам, через исседонов, были склоны Рудного Алтая. Аналогична точка зрения известного русского ученого-археолога С.И. Руденко, предполагавшего, что местом обитания аримаспов является левобережье Иртыша, вблизи Алтая, а непосредственно на Алтае проживали стерегущие золото грифы.

Не исключено, что в этой легенде есть доля истины. Богатые месторождения золота в древности усиленно охранялись. Поэтому вполне можно допустить, что горная Колывань и была тем местом, где древние рудокопы добывали золото и, соответственно, охраняли его. В частности, на господствующей над горой Змеиной Караульной сопке, с которой открывается вид на дальние просторы, некогда в древности стояла стража, которая вглядывалась вдаль, предупреждая о приближении врагов, грабителей добытого золота. Первоначально, когда русские только-только начали осваивать эти места, они тоже сделали дозорный пункт на этой сопке.

Легенда о золотой карете

В каком году это произошло — неизвестно. Приехал как-то в Колывань высокий чин, возможно даже, что сам Акинфий Никитич Демидов пожаловал. Путь-то из столицы неблизкий, а дороги в России сам знаешь какие. В общем, его карета и сломалась, хотя, сработана была на совесть. Управляющий Демидовских заводов решил честь оказать — карету новую хозяину справить. Мастера в Колывани дюже знатные, изготовили новую карету, да такую, что в пору самой матушке императрице ездить. Красива была карета, но уж больно тяжела. Оно и понятно. Карета была из чистого золота.

Поездил Демидов на той карете, а когда уезжать собрался, опечалился. С собой карету не возьмешь, такую карету охранять — целое войско надо. Время-то неспокойное наступило, людей лихих по дорогам во множестве объявилось.

Решил Акинфий Демидов ту карету с собой не возить, а оставить в Колывани. Да вот только кому доверить такое богатство. Долго не мог ничего путного придумать, но на его счастье старичок один подвернулся.

— Ты, барин — говорит, — карету в пещерке спрячь. Там она тебя и дождется. Пещер-то в нашей округе много — выбирай любую, есть и такие, что от древней чуди остались. Спрячешь — никто и не найдет.

Внял Акинфий Демидов мудрому совету. Набрал людишек подневольных человек с двадцать и поехали они в неизвестном направлении. Куда ехали никто не знает, а только там, где дорога кончилась, на руках ту карету сквозь тайгу и заросли тащили. До самой потайной пещеры. Там ее и схоронили, а вход камнями тяжеленными забросали. Людишек тех, что карету тащили, с тех пор никто не видывал. Бают, Демидов их с собой взял, а от других слух дошел, что сгноил их барин в серебряных шахтах, чтобы не смогли они тайну его выдать и дорогу к золотой карете указать.

Сам Демидов боле в Колывани не появлялся, а вскорости помер. Искали ту карету, искали, да так и не нашли. А все потому, что края наши таежные, скрытные. Порой идешь, идешь, тайга кругом, кажется на тысячу верст ни одной живой души. А зайдешь за сопку, глядь, под ней деревушечка в десяток домов притаилась. Где уж тут карету сыскать, коли деревни целые пропадают. Разве что случайно кто наткнется. Вот уж возрадуется.

Тайна парижской улицы

Есть в Колывани Парижская улица. Откуда появилось такое название в небольшом селе, за тысячи верст от Франции?

А история, связанная с этим названием такова.

В 1807 году император Александр I подарил французскому императору Наполеону Бонапарту квадратную вазу из серо-фиолетового порфира. Вместе с вазой отправили в Париж отдельщика Колыванской фабрики Я. П. Протопопова.

Показывая вазу Наполеону представили и Я.П. Протопопова, как мастера, сделавшего ее. Наполеон изумился, что этот медведь может делать такие изящные изделия и подарил ему несколько серебряных монет.